следующая тема »

[чтец Сергий]

                                        О странностях государственной генеалогии
Недоразумения происходят большей частью от того, что люди не понимают, что такое правопреемство, привыкнув к жвачке идеологов нынешней власти: «РФ является преемником как СССР, так и Российской империи». Но такое никак не возможно. Потому что, если РФ и является преемником СССР, то последний к Российской Империи никакого отношения не только не имеет, но является ее антиподом. Если в агитпроповских и ГЛАВПУРовских головах и рождались бредовые генеалогии типа «внуки Суворова, дети Чапаева», то это не преемство, а лишь претензии на наследство – претензии не более правомерные, чем претензии убийцы и грабителя на имущество его жертвы.

Речь не идет о т.н. «международном признании», которое есть лишь фиксация отношения к данной геополитической реальности на конкретный момент (если надо, признают хоть людоеда и перестанут признавать вчерашних союзников). Другой стране по большому счету наплевать, как называется соседняя большая держава (что СССР, что Россия, да хоть Евразийская Орда) и как власть на ее территории соотносится с предшествующей – коль скоро в любом случае с ней приходится иметь дело, конфликтовать по поводу одних и тех же территорий, ресурсов и др. Ей даже проще вовсе над этим не задумываться (потому там так любят вопить: «Да не было и нет никакого коммунизма, все что было и есть – одна и та же Россия!»).

Но для жителя самой страны для уяснения сущности существующего в ней государственного режима, важно не то, кем считают его другие страны, а то, кем он сам себя считает. И в данном случае даже декларация о правопреемстве вещь чрезвычайно серьезная. Потому что если данная власть действительно считает себя продолжателем предыдущей, то она действует в ее правовом поле, а не создает свое, принципиально отличное. Что-то может изменяться, уточняться, дополняться, но – на базе прежнего законодательства.

Само же правопреемство все-таки не декларция, а реальные правовые условия, отражающиеся на жизни каждого жителя, т.е. признание статуса, имущественных и прочих прав, льгот и преимуществ, порожденных законодательством предшествующего режима. Обычно именно так и происходит. Напр., гитлеровский режим изменил, но не отменял законодательство Веймарской республики, и, в свою очередь, факты приобретения какой-либо собственности или иных сделок в 1933-1945 гг., права по службе, стаж и т.д. не признавались в ФРГ юридически ничтожными только потому, что имели место при таком нехорошем режиме. Но именно поэтому – как реальный правопреемник Рейха ФРГ считала себя и ответственной за поведение последнего (выплачивала компенсации и т.д.). Так вот, в РФ продолжали действовать ВСЕ законы СССР (кроме немногих особо оговоренных), но, как и в СССР, НИ ОДИН из действовавших до 1917 г., равно как ни в СССР, ни в РФ не признавалось никаких прав, приобретенных на основе дореволюционного законодательства.

В первую очередь государственно-политическое преемство предполагает, что данный режим признает службу прежней власти как службу ему самому. Так, после исчезновения СССР, законодательство РФ признало не только права и стаж «формальных» советских управленцев, но и распространило льготы, пенсии и преимущества госслужбы на «неформальных» - партийно-комсомольскую номенклатуру, т.е. признало современную госслужбу прямым продолжением советской. Бывший секретарь обкома мог горделиво нести нажранное в Совке пузо в органы власти РФ, качать права по персональной пенсии и т.д.: его прежняя деятельность законом признавалась и одобрялась.

Надо ли напоминать, что в самом СССР по отношению к Российской Империи дело обстояло диаметрально противоположным образом? Вот в белых армиях (которые считали себя продолжателями исторической России и были ее осколком) действовали в полном объеме прежние положения о службе, статуты орденов и т.д., признавались связанные с ними права и преимущества, сохраняли силу прежние документы (в те же послужные списки просто продолжали вноситься очередные записи, как если бы большевицкого переворота не было).

Но советским режимом военная и гражданская государственная служба человека в Российской империи рассматривалась, напротив, как криминализирующий фактор – не просто как служба какому-то «постороннему государству», но как деятельность, советскому государству враждебная. Если б некто в 20-х годах, придя в сов.органы вздумал требовать паек или пенсию на основании того, что 25 лет служил турецкому султану, над чудаком бы просто посмеялись, но вздумай он мотивировать свои требования тем, что беспорочно служил в русском корпусе жандармов, ему бы обрадовались («сам пришел») и поступили известным образом.

Кого хотели использовать – до поры до времени «прощали», но в принципе «служба царизму» была вполне самостоятельным и достаточным поводом для репрессий. В списках жертв в качестве основания для расстрела слова «офицер», «бывший полицейский», «царский чиновник» или просто «слуга старого режима» встречаются даже значительно чаще, чем «участник такого-то восстания», «белогвардеец», «буржуй», «бывший дворянин» и т.п. Потому все, кто имел хоть какой-то шанс скрыть факт «старой» службы, ею отнюдь не гордились, но скрывали (да и то было чревато: «за утайку офицерского звания» – встречается тоже нередко).

Для советского режима «своими» были не те, кто служил Российской Империи, а, напротив, те, кто против нее боролся – разного рода революционеры. Вот их деятельность как раз и рассматривалась в СССР как «предшествующая служба», за нее они получали блага и привилегии. Отсюда и подход к реабилитациям. Мыслимое ли дело, чтобы большевики озаботились реабилитацией, скажем, народовольцев, декабристов или петрашевцев? Такая чудовищная идея им просто в голову не пошла бы: все «борцы с царизмом» для них само-собой были героями, в чем же их «реабилитировать»?

Точно так же в государстве-правопреемнике исторической России революционеры считались бы преступниками (каковыми они и были по ее законам), а все те, кто боролся против советской власти – героями, ни в какой реабилитации, понятно, не нуждающимися. Но именно потому, что РФ – преемник соввласти, а не Российской Империи, те, кто боролся против советского режима, считаются и врагами РФ, т.е. преступниками (к некоторым из коих по обстоятельствам момента м.б. проявлено снисхождение – вот и встает вопрос о «реабилитации»). Восточноевропейские страны после краха комрежимов восстановили свое преемство с предшествовавшими, а РФ – и не подумала.

У нас многие (как национал-большевики, так и демократы) любят говорить, что, мол, «всегда все менялось» - реформы-контрреформы, оттепели-заморозки были и в Российской Империи, и в СССР, ухитряясь «не замечать» (в большинстве случаев вполне сознательно) той самой пропасти, которая эти гос-ва друг от друга отделяет. Сколь бы критично не относились российские цари и императоры к наследию предшественников, абсолютно все они и считали себя, и на деле являлись представителями и продолжателями одной и той же государственности - той самой, которой в Новгороде был поставлен известный памятник.

И хотя разница между «сталинским ампиром» конца 40-х и его же режимом конца 20-х, или хрущевским правлением, пожалуй, и поболе, чем между Александрами 2-м и 3-м, Екатериной и Павлом и т.д., никто из сов.вождей и вообразить не мог, что он является представителем какой-то иной государственности, чем та, что порождена «Великим Октябрем». Да и что может быть более нелепого, чем называть большевиков продолжателями Российской Империи, когда сами они это категорически отрицали и всегда утверждали прямо противоположное? И совершенно логично отказались платить по царским долгам: эти деньги давались главному предмету их ненависти, государству, с которым они всю жизнь боролись.

Что же до попыток украсить совковое мурло имперским мундиром – так и Емелька Пугачев себя не иначе как императором Петром 3-м именовал. Легитимизация называется.
                                                                                            Волков Сергей Владимирович

[чтец Сергий]

                                                 ЕЩЕ О ПРЕЕМСТВЕ.
 Мне казалось, что я писал о вещах достаточно очевидных, имея в виду под «преемством» совсем простую вещь – считает ли себя и является ли данная власть продолжением предыдущей. И в этом плане представителям любых взглядов, кроме тех, кто хочет присвоить не принадлежащее им наследие (национал-большевикам всех мастей, включая и нынешнюю власть) как будто ясно, что РФ и СССР это одно, а историческая Россия (в любом своем виде) – совсем другое. Но посыпались противопоставления монархии - республике, национального государства – империи, «а откуда считать» да «чем заканчивать». Ну что же...

Политические взгляды многообразны (порой и крайне причудливы): кому-то вынь да положь немедленно царя, кому-то не принципиально, но – чтоб «держава», кто-то не возражает – но чтобы непременно демократия, кому-то интересы русского народа, кому-то – «евразия» - на всех не угодишь. Только то, о чем я писал, не имеет к этому отношения. Государственная преемственность не связана непосредственно ни с формой правления, ни с характером режима, ни с территориальными пределами, ни с составом населения.

В истории Франции монархическая и республиканская формы чередовались неоднократно, но национально-государственная преемственность сохранялась, равно как смена Германской империи Веймарской республикой ни в малейшей степени не означала прекращения германской государственности, в Англии династии не раз менялись насильственым путем, но как бы ни были они друг другу враждебны, «старая добрая Англия» ни для одной не была «проклятым прошлым».

Весьма странной показалась и реплика о невозможности преемства «национального государства» и империи. Практически все крупные европейские государства начинались как относительно «национальные», затем превращались в империи, а потом переставали ими быть, не прерывая нити преемственности государственной традиции, причем даже и режим при этом часто не менялся (та же Франция и была, и перестала быть империей при одной и той же «Пятой республике»).

А вот, скажем, никакого «Ирана» после уничтожения арабами в 7 в. Сасанидского государства почти тысячелетие (вплоть до Сефевидов в 16 в.) вовсе не существовало, ибо ни одно из государства, владевших этой территорией (ни Халифат, ни Буиды, ни Саманиды, ни Газневиды, ни Сельджуки, ни Хулагуиды и т.д.) себя продолжателями иранской государственности не считали (и даже понятия не имели, что это такое). Как и Османская империя, уничтожившая Византийскую и существовавшая непосредственно после нее на той же территории, преемником и продолжателем Византии, понятное дело, не была. Совдепия по отношению к России и есть нечто подобное, даже, пожалуй, еще более отдаленное, т.к и государством-то, строго говоря, не была: это образование особого рода - нереализованная заготовка безгосударственной всемирной утопии.

Еще раз повторю, что государственное преемство – вещь гораздо более принципиальная, чем форма конкретного режима. Применительно же к России в этом смысле вопрос о преемстве то ли от «февраля», то ли от дофевральского времени вообще бессмыслен. Да, поднимался вопрос, что надо бы вести правопреемство современной России от «демократической республики». Но это потому, что от «царизма» стесняются, «империя» – вовсе слово страшное, а «демократическая республика» - то, что надо (так и у нас в конституции записано).

Но, несмотря на идеально модный «бренд» - вот не стали же вести и от нее. Потому что никакой такой особой «февральской государственности» (от которой можно бы вести преемство в отличие от «царизма») на самом деле не существовало. Это пустышка, лишенная властного стержня, но в плане преемства – абсолютно ТА ЖЕ САМАЯ государственность. После февраля не только продолжали действовать практически все законы империи и ее государственные учреждения, но ни сама империя, ни даже монархическая власть упразднены не были, никакие «независимости» не признавались и т.д. Строго говоря, преемственность была реально прервана даже не в самый момент большевицкого переворота, а после упразднения большевиками всего прежнего законодательства (до этого машина продолжала работать, напр., еще почти месяц управляющий военным министерством производил в чины и награждал на основе прежнего законодательства, реализуя ранее поданные представления).

Первый состав Временного правительства вообще был абсолютно легитимен, поскольку утвержден непосредственно Государем Императором, и им же было приказано принести этому правительству присягу. Можно, конечно, спорить, имел ли Император право отрекаться за сына, или имел ли вообще право отрекаться, но, как бы там ни было, а он был единственной законной властью и эта власть официально передала полномочия другой власти. Но – как власти лишь временной, вовсе не уполномоченной не только основывать какую-то новую гос-ть, но и менять форму правления. А уж как получатели ими распорядились – другое дело.

Да, в реальности само Временное правительство не имело ни дня реальной власти, а было только ширмой для образовавшегося раньше него Петросовдепа, который этой властью и был. Да, в гос. учреждениях на высоких постах появились крайне несолидные и даже малопристойные личности, да все эти 8 месяцев были временем распада и разложения, да, на практике законы ежедневно попирались в угоду «углублению революции». И т.д. и т.п. И все-таки, если, вздумать выводить правопреемство непременно от послефевральского времени – то это будет практически то же самое, что от «царизма». Пришлось бы признать 99% его правовой базы (которая была отменена только большевиками), и провозглашенная на 2 месяца случайными людьми без всяких на то полномочий «Российская республика» утешением тут не стала.

Потому что, веди преемство хоть от монархии, хоть от этой «республики» – а это все равно было бы преемство от РОССИЙСКОЙ государственности, порвать с которой были не готовы, за исключением большевиков, даже самые радикальные революционеры, видевшие себя все-таки правителями России, а не разжигателями «всемирного пожара».

Непонимание вот этого принципиального отличия большевиков и их целей от всяких других политических взглядов (ставшее одной из главных причин трагедии тогда) имеет место до сих пор. Правда, за прошедшее время, те, для кого это отличие с опозданием стало очевидным, оказались вне политики, а те, кто ее определяет, это отличие, которым раньше так гордились, старательно замазывают.

На этом фоне склоки между националистами и имперцами, республиканцами и монархистами, либералами и государственниками о том, какая именно российская государственность лучше, кажутся возней вовсе смехотворной. Тут, что называется, «не до жиру». Да ЛЮБАЯ – лишь бы российская, а не происходящая от задумщиков «земшарной республики Советов». Пока-то никакой нет. И не будет, пока существует советоидная.
                                                                                     Волков Сергей Владимирович    

[Юнкер]

Блестящий анализ. Гениально. Читал эту статью, но не знал, что она принадлежит перу Сергея Владимировича.

Cтатья на самом деле "програмная" и архиважная. Надо её выкладывать везде, по 10-20 раз, как и про миф о "Холокосте", буквально "вдалбливая" в голову, иначе народ не понимает.

Вот "переработанный" редакцией сайта РНЕ вариант этой статьи:

http://forum.pravbrat.ru/index.php/topic,42.0.html

[чтец Сергий]

Все это я "слизал" с его жжурнала, где он подобные темы выставляет для "обкатки", после чего дополняет, глядя на комментарии. Сергей Владимирович пишет вещи действительно архиважные и, к тому же, архиинтересные, подкрепляя каждое слово архивными данными. Что мне еще нравится в его трудах, так это - непредвзятость и реальный взгляд на жизнь, - он не ищет за событиями длинной руки масонства или оскал жидовства, но выкладывает как есть, учитывая все факторы. Короче, всем рекомендую ознакомиться с его трудами. Многое можно найти также и на его сайте.